Разгулялось, замело, Расступись, былинный лес! Мне чернилами небес Ночь наполнила перо. Холод в венах, боль в висках - Чей-то миг, а наш удел, Всё, о чём писать не смел, Пятый год в черновиках. Ехал лесом, вёз товар. Мирно мысли разбрелись. Вдруг, откуда ни возьмись, Надо мною – «Кар-кар-кар!» Ах, судьба, ужели ты Поджидала этот час?! За спиною скрипнул наст В пустоте ночной тропы. Помутился лунный диск У меня в тот миг в глазах, Я знаменье впопыхах, Предо мною василиск. Вурдалаков злая рать, Вечных странников беда - Ну, а сзади – кто всегда Мне пытался помешать. Как хохочут дети тьмы! - «Что ж ты, братец, приуныл? За тобою из могил Долго добирались мы. Жаль, далёко до зари, Попрощаться с ней не грех!» - Я потехою для всех, Скалят зубы упыри. Что ж, выходит, ты настал, Мой последний час земной. Только чую - за спиной, Кто всю жизнь мне петь мешал. Хоть теперь узнаю я, Но в снегу лишь тень видна, Как вдруг полная луна Заступилась за меня. «Эй! Умерь свой чёрный пыл И не скаль клыкастый рот. Это волхв небесных нот, Пастырь слова, божий сын. Он ещё познает тьму Прежде, чем совсем пропасть, И в века – не в вашу пасть – Уготован путь ему». Вмиг косматая рука С моего ушла плеча, И, бессильно заурча, Отвернулся вурдалак. Все, визжа, рванули в лес, Распугав ночной покой. Тот же, кто всегда со мной, Ухмыльнулся и исчез. И стремглав я вдоль реки Вниз по Чёртовому рву, Сдал проклятую траву И собрался вглубь тайги. Так вот я и стал поэт И вернуться не посмел. Я недаром бел как мел В свои двадцать восемь лет. И теперь я не берусь Мчаться снежной пеленой Я в долгу перед Луной - Гей! Языческая Русь! Разгулялось, замело… **************